Skip to content

08.03.2016

Акутагава, Куросава — и уроки истории

0_14b7a_6a17760b_XL

Не нужно быть поклонником японской культуры, чтобы считать гениальным фильм Акиры Куросавы «Расемон»по рассказу Рюноске Акутагавы «В чаще». Первые зрители были в шоке. В 1951 году фильм неизвестного японца вначале получил Гран-при фестиваля в Венеции, позднее – Оскара, а режиссер стал признанным классиком.
Сюжет вроде бы совсем простой. В лесу убили самурая.
Судья допросил убийцу. Тот рассказал, как встретил в лесу путника с женой, обманул и связал его, а затем обесчестил его жену. После этого женщина уговорила его вызвать мужа на поединок. Самурай храбро защищался, но разбойник был сильней. Все просто. Агрессия. Женщина. Поединок. Результат.
Судья допрашивает жену путника. Та неожиданно принимает всю вину на себя. Муж прогнал ее. Что случилось потом она не понимает. Муж мертв, оружие в ее руках, значит, мужа убила она.

Так как дело происходит в Японии, и это рассказ Акутагавы – судья решил допросить дух покойника. Медиум входит в транс, и покойный рассказывает, как на него напал разбойник, изнасиловал жену, та пообещала разбойнику уйти с ним, если тот убъет ее мужа. Разбойник отказался и сбежал. А самурай покончил собой, не вынеся бесчестия.
Неожиданно выясняется, что свидетелем убийства был дровосек. Он подтверждает все версии, судья находит компромисс. Расследование окочено.

Фильм заканчивается. Однако неожиданно выясняется, что крестьянин забрал в лесу ребенка жертвы, о котором никто не рассказывал.
Все. Фильм закончен.
Музыка и титры…

Но настоящая история только начинается.
Зритель самостоятельно «прокручивает» в уме рассказанные истории и понимает настоящий смысл истории.
Изображавший самурая разбойник был просто бандитом, а вся его история – позерство.
Женщина стала настоящим судьей, вынеся себе смертный приговор.
Дворянин (если не верить в шельмовство медиума) оказывается посредственной сволочью, который даже после смерти выгораживается, стараясь выглядеть достойней, чем был.
А настоящим героем оказывается крестьянин, который вроде и не соврал, но опустил все несущественное – и вынес из истории самое главное – жизнь человека.

Сюжет оказывается геометрически совершенной спиралью, и зритель – вдруг становится соавтором этой конструкции, самостоятельно достроив четыре последних (и самых важных) «витка» этой спирали – уже после окончания фильма.

Мелкая деталь которой не было ни в одной из историй, не только меняет оценки, но и полностью меняет сюжет и дает другие выводы.
Чем оказывается отдельная точка зрения?
Ничем…
Нужно знать все – или лучше не знать ничего.

С Акутагавой ты достигаешь просветления и катарсиса за полстраницы,
С Куросавой – за пару минут.
Много ли подобной «акутагавы» скрывается в нашем представлении о своем прошлом? Пара деталей, несколько акцентов… и стоило бы изменить мнение, но – надо быть Куросавой, чтобы мысль могла подняться над тем, что кажется привычным.

Теперь – другая история, другой «акутагава».
«Учитель фехтования».

Роман Александра Дюма «Учитель Фехтования» вышел в 1848-м году и стал очень популярен в Европе и России. Среди анекдотов, связанных с книгой, есть и такой, где почитателем романа оказывается один из ее персонажей, император Николай Первый, запретивший роман у себя в стране.

В романе – две главных «линии». Первая – это авантюрный сюжет, где главный герой, учитель из Франции, приезжает в 1824-м году в российский Санкт-Петербург давать уроки богатым русским дворянам.
В этой истории – все то, что нравится читателю: высший свет, благородные манеры, невинность, любовная интрига и русская экзотика: сани, снег, медвежья охота. События проходят при подготовке восстания декабристов, суда, казни, и решения жен отправиться за своими мужьями в Сибирь…

Вторая линия романа – обзор российской истории почти за целый век. Она гармонично вплетена в основной сюжет, тут тайны правящей семьи, двора, высокая политика.
Рассказывается о том, как императрица Елизавета готовит себе наследника и находит ему невесту в Германии. Та учит русский язык, потом коронация, вдовство, регентство – и наступает золотой век матушки-Екатерины. Читатель узнает про походы Суворова, крестьянскую войну и Пугачева, деятельность Потемкина, мир с турками, разделы Польши, краткое правление Павла, войну с французами, правление Александра.

Герой романа даже умудряется встретиться с тремя сыновьями Павла: Александром, Константином и Николаем, вокруг которых развернется восстание декабристов 14 декабря 1925-го года.

«Французский пророк».

Есть важная и удивительная деталь романа. Читатель, который читает романс карандашом в руках и ищет «нестыковки» между романом и Историей, будет озадачен: для Дюма словно нет тайн. Он абсолютно непогрешим в тайнах международной политики и секретах правящих семей.
Все перечисленные в романе исторические факты – правда. Когда тайны внешней политики, внутрисемейные конфликты, детали внутренней политики – оказываются изложены точно даже в мельчайших деталях (всего лишь в популярном авантюрном романе) это настораживает…
То есть, или источники у французского романиста были совершенно надежны, как нигде и никогда… Толи сам француз был объективен – как никто из историков…

Или сюжет романа так понравился русской и европейской общественности, что именно версия француза вошла в историю 18-19-го века – как истина в конечной инстанции… Ведь даже оценки трех сыновей Павла у главного героя– совпадают с сегодняшними учебниками.

Вообще, ситуация, когда сюжет романа становится исторической Истиной– не уникальна: точно так же версия Льва Толстого о событиях Отечественной войны 1812-го года была с восторгом воспринята обществом и стала частью не только русской, но и французской истории, без критики вошла в учебники, и сегодня воспринимается совершенно не критично. Хотя у автора не было документов, и он действительно «творил»…

Такова же роль самого Дюма во французской истории. Но французская история – это дело самих французов… Для русского странно, когда мнение о его прошлом было создано иностранцем, вообще не знающем языка и оторванным от русской действительности.

Однако его взгляд на историю вошел в сознание каждого русского человека.
Когда в сознание человека попадает ложь – к примеру, идеализация, обман, преступление и подлог – грамотный человек может оказаться слеп, и не сможет обнаружить подобный подлог в своей повседневной жизни. И в этом повод присмотреться к творчеству француза поближе.

Мало кто обращает внимание на то, что тот же сюжет о борьбе вокруг престола есть в других произведениях того времени.
Один «слепок» сюжета известен. Это другие романы француза – из трилогии о короле Генрихе Наварском. Место действия – Франция, дело происходит на пару веков раньше, но личности, главные события, окружение и детали – совпадают… Говорят, что вместо самого Дюма за него писал этакий «цех» литераторов. Тем более, события должны были быть «на виду» и понятны для любого «подмастерья» на литературной фабрике француза.

Фрагменты одной истории – дополняют другую. И картина исторического прошлого твоей собственной страны – приобретает иной вид…

В чем сходство двух историй?

1. В распределении ролей в паре Екатерина – Мария, где все четыре королевы являются рано осиротевшими племянницами Важного человека (во французской версии – римского папы/ в русской– шведского короля). Родились в одной семье, обедневшего скромного коменданта крепости. В одно время становятся сиротами, выходят замуж, коронуются, рожают детей, становятся вдовами, регентшами и ведут войны за права детей.
Обе Екатерины ведут довольно распутный образ жизни. Но обе Марии являются примерными матерями, не вмешиваются в политику, и занимаются благотворительностью. Француженка Екатерина имеет репутацию отравительницы. А детей русской Марии – даже воспитывает сама Екатерина.

2. В тройке королей (императоров в русской версии) второй из наследников оказывается польским королем (довольно необычно для Франции – мимо многочисленных императоров на территории Германии, а в русской истории «Польшу» уже разделили и стерли – как раз при Екатерине). В биографиях этих королей, военных походах, гражданских войнах – немало сходства.
В русской истории при Екатерине присутствует несколько претендентов на престол, происхождение, дела и значение которых находится в тени Екатерины. Это пасынок царицы Симеон Великий и законный император «человек в железной маске» Иоанн Антонович.

3. В окружении, их именах и поступках. Французскому кардиналу Ришелье – в русской Екатерине соответствует иезуит Потемкин и полный полный тезка француза – при Марии Федоровне Жан Арман дю Плесси Ришелье – губернатор Новороссии (Навары – во французской версии). Все по 18 лет стоят рядом с троном, поддерживая королеву и наследника.
Похожи дворы. Даже любителю бриллиантов, богатому, но скупому премьер-министру Лазареву в России – во французской версии соответствует обладающий теми же качествами кардинал Мазарини.

Ту же самую историю можно прочесть в книге русской писательницы и придворной дамы Александры Осиповны Ишимовой (1804-1881). Ее фамилия вызывает оторопь у русского школьника. Чтобы ее написать написать, приходится делать несколько пауз, считать черточки, чтобы дописать к ним «-ова» и завершить фамилию. Словно совсем не по-русски писала свою фамилию сама писательница…

Сюжеты Ишимовой – присутствуют в обоих романах француза. Они составляют тот же геометрический узор, который присутствует в фильме японца, и который каждый может представить сам.

Краткая история России – в книге Ишимовой.
Она же, вплетенная в авантюрный роман – у Дюма.
И еще более подробная – про давние события во Франции.

Известно, что француз в начале 1860-х совершил долгое путешествие по Российской империи. Чем он занимался здесь в течение 10 лет, известно плохо. Книга Ишимовой вполне логично могла попасть в руки француза, послужить источником вдохновения для нескольких романов.

Самым известным фактом из биографии писательницы является любопытное письмо к ней Александра Сергеевича Пушкина. Русский классик написал его в последний день своей жизни, утром 13 февраля 1937-го года, перед тем, как поехать на дуэль с Дантесом. В этом письме он благодарит русскую писательницу за книгу.

Можно поверить тому, что Пушкин мог похвалить работу молодой писательницы (ей было на момент смерти поэта 33 года). Однако куда убедительней представляется то, что ее книгу прочел другой писатель, у которого родился более занимательный замысел. И Дюма своеобразно «расплатился» с фактическим соавтором, написав Ишимовой письмо, которым «подарил» ей бессмертную рецензию, сегодня присутствующую в любой статье про Ишимову.

Рассказанная история напоминает фильм Куросавы.
Три рассказа об одних событиях.
От женщины,
От авантюриста и
Непонятно как дошедшие слухи о событиях трехсотлетней давности.
Трон, дети и наследство в центре истории.
Но сама история кажется выходит из тумана – совсем другой.

Казалось бы – случается.
Можно было бы оставить все, как есть.
Мало ли что придумал Дюма и какие события могли пройти у французов.
Это далеко, скучно, нудно и нас никак не касается.

Однако – в романе Дюма про Францию есть любопытный эпизод из жизни французского короля Генриха Четвертого, связанный со сменой веры и религиозной войной. Эпизод настолько скандальный, что мог появиться именно в книге про далекие события несколько веков назад, и никак не мог попасть в роман про недавнее прошлое России.

Король из южной страны приезжает в чужую столицу, чтобы жениться на сестре короля. Там начинается резня над его сторонниками. Чтобы выжить, он меняет взгляды и веру…
С молодой женой он возвращается домой и возвращается в свою «веру».
Потом ради престола еще раз меняет Веру и Бога.
Потому что «Париж стоит мессы».

«Хрен на хрен менять – только время терять».
Какой толк копаться в прошлом, если подтверждения этих домыслов – не осталось ни в истории России, ни в ее литературе.

Однако эти свидетельства есть. Есть странная мистическая история у Гоголя, где некий «кузнец Вакула» ради блестящих царских сапог/ черевичек – использует помощь черта. И «переносится» из Новороссии в Петербург – прямо во дворец императрицы Екатерины. Человеку, знакомому с исламским фольклором – сложно не заметить в этой истории пересказ известной легенды про Пророка другой Веры.

Как писали о своей вере современники? Тот де Пушкин называл себя «римлянин», апеллировал к римским и греческим богам. Но ни он, ни Лермонтов или Гоголь – не называли себя ни христианами, ни православными.
И когда люди не верят в Христа – даже сомнительно, что они считают годы жизни – в датах «от рождения Христа».

«Им квас, как воздух был потребен…»
о чужой культуре писал поэт, описывая русскую деревню.

Известно, что до конца 19-го века Священное писание состояло только из Псалтыри. Тексты Нового и Ветхого завета долгое время были закрыты для широкой публики. Они стали известны в России – через греческие источники и немецкие толкования не ранее 1870-х годов.
Из дневников Толстого известно, как поздно Лев Николаевич прикоснулся к Святым книгам. Только в зрелом возрасте он прочел Евангелие. Достоевский обсуждал этические вопросы, словно представлений о христианской морали еще не было. Государственная христианская вера проявилась в «триаде» («Самодержавие, православие, народность») лишь в конце 19-го века. А во что верила русская интеллигенция и дворянство в начале 19-го века – вопрос темный.

Мы уверены, что старообрядцы были побеждены в России еще в 17-м веке. Однако мало кто знает, что именно старообрядцы составляли основу экономики еще в конце 19-го века.

Правительство Александра Третьего объявило браки раскольников, не освященные своей церковью – недействительными, а имущество – подлежащим конфискации в казну. О недовольстве в народе из-за этого – почти не известно, потому что волнения отразились в истории далекого прошлого…
Благотворительность русских старообрядцев, поддержка культуры и искусства – был еще и протестом купцов старообрядцев против конфискации: «Так не доставайся ты – никому»…

Известно, что оплотом военного правления русской императрицы были братья Орловы, Алексей и Григорий, ради власти над чужой империей – сменившие жаркие украинские степи – на холодный Петербург. А то, что у Екатерины были дети от Григория – даже не скрывалось. История донесла имя ребенка – Алексей Бобринский. Слабый, придурковатый, выродившийся толи из-за близкородственных браков. Толи из-за бурной жизни своих родителей. Толи потому, что анекдотичный Бобринский был «выхлопом» для слухов и пересудов. А настоящий ребенок — был на другом месте.
В русское подсознании висит странная песня…
Никакой связи, но —
«Выходила на берег Катюша…
Выходила, песни заводила,
Про степного, сизого орла…
Про того, которого любила,
Про того, чьи письма берегла…»

Историй про дела Орловых в Российской Империи не осталось. Осталась странная степная птица на гербах государств и правящих династий Европы.

И вот что действительно интересно и о чем не говорили современники: традиции парламентаризма в Германии существовали уже в 1860-е годы. Подобных традиций у демократии не было в Российской Империи еще полвека. Почему? Потому что не могло быть представительной демократии – у тех, кого правящая немецкая династия считала покоренными туземцами.

Только как на врага смотрели на правящий режим депутаты Государственной Думы. И когда интеллигенция снесла Царскую власть – на ее защиту народ не пошел. Скорей наоборот – покатилась волна суверенитетов, местных правительств, народных комитетов и «советов».

Возвращаясь к сюжету Дюма.

Представления о вере и традициях в Екатерининские времена – вполне естественно были другими. Не хорошими, не плохими, просто предки смотрели на эти вопросы – шире, чем мы. У политиков – свои представления о вере и традициях. Екатерина считала турецкого султана – крестным отцом для своего внука Константина.
Судьба самого Константина удивительна. Крестный – вроде мусульманин, воспитан в православной стране, умер – правителем вроде католической Польши.

Современники Екатерины не видели разницы: иезуит, мусульманин, христианин. В Польше сохранились гравюры, где Богдан Хмельницкий совершает намаз. Вопрос деления общества шел не по Вере или обряду, а по другому принципу: «свой – чужой».

Для того, чтобы лучше понять эту историю, нужно представить, чем занимался на территории Империи Орден Иезуитов, считавшийся передовым отрядом распространения католической веры. Он же владел самыми передовыми технологиями и проводил политику оседлости среди кочевников.

Но Орден который был уничтожен – и тот, который был создан много лет спустя под тем же именем – не могли быть одним и тем же…

Название сложилось из имени пророков Исайи и Иисуса. Первый обличал грехи, совершал чудеса, предсказал климатическую катастрофу и мог стать идеологом Исхода, большого переселения народов, технологий и освоения новых ресурсов. Второй – при этом был еще и Сыном Божьим.

Когда иезуиты поддержали Екатерину, старавшуюся передать трон своим детям, в легенду о пророке Исе – вошли детали биографии Петра Третьего.

Петр после рождения тоже должен был бежать – от безумного деда. У него, как у молодого Петра Первого – есть брат Иван. Права которого на трон – очевидны, не оспариваются, но – смерть которого хорошо известна, как подарок «иродиаде» — жене царя.

После того, как погиб царский сын, пронзенный копьем, орден стал поддерживать вдовую императрицу и наследника, сближая две легенды – в одну.
Легенда о чудесах и пророчествах Исы оказалась совмещена с легендой о казни и воскрешении второго «Исы», который неожиданно появился в столице, когда другие претенденты на власть уже перебили друг друга – началось кровавое безвременье, потому – не только царя, но и Спасителя.
Этот царский сын был признан, затем казнен и снова появился после смерти. Вера объясняла его явление после казни, делала легитимным сторонников.

Два сюжета, объединенные в один, устанавливали право Петра Третьего и его потомков – на власть.

Не надо обладать глубокими познаниями в истории, чтобы увидеть, что уничтожение в Российской империи Ордена Иезуитов весной 1773-г года – совпадает с началом крестьянской войны под предводительством Емельяна Пугачева, охватившим всю степь: от Новороссии, через Дон и Поволжье – до Сибири.

На эту историю стоит посмотреть глазами героев японского фильма.
Бросаться в крайности – совсем не то, что следовало делать.
Разбойник, неверная жена, глупый дворянин…
Судья, шаман и публика…
Стоят ли они потерь времени?

Японский крестьянин в той истории первым понял все.
Он похоронил прошлое.
Взял оттуда самое главное – новую жизнь.
Отвернулся – и пошел жить дальше.

radmirkilmatov



« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments