Skip to content

26.01.2018

СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ И IT-ТЕХНОЛОГИИ: ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Константин Рудаков: «Моральный климат в среде авторов и исполнителей заимствованных диссертаций ужасный.
В такой атмосфере не рождается полноценный научный труд»

Эпидемия прозрачности: теперь дипломы!

Написать или списать?

«Антиплагиат» выполняет простую задачу – поиск источников заимствования в проверяемом тексте. Но вокруг системы ходят слухи и разгораются споры, её продолжают демонизировать, представляют как орудие борьбы политиков и чиновников, и даже как инструмент сексуальных домогательств преподавателей к студенткам. Писатель Михаил Лифшиц поговорил с Константином Рудаковым, чл.-корр. РАН и профессором ВМиК МГУ,стоявшим у истоков этой истории.

— Константин, когда и зачем вы и ваши сотрудники разработали «Антиплагиат»?
— В 2005 году сын моего доброго знакомого, молодой ректор МИЭМП Артемий Никитов пришел ко мне в кабинет в Вычислительном Центре РАН и рассказал, что его студенты тырят учебные работы из интернета, подкладывают титульные листы, каждый со своей фамилией и, не читая, сдают. А преподаватели, зная, что работы ворованные, тоже их не читают. Такое положение возмутило ректора, и Артемий решил с ним побороться. Зная, что за границей есть специальные системы для выявления заимствований, он обратился к их иностранным разработчикам. Западным специалистам переделка программ на русский язык показалась трудоемкой и не сулящей больших доходов. Вот Артемий и пришел к нам с предложением разработать отечественную программу.

Использование интернета для копирования учебных работ распространено во всем мире и уже получило название «кибер-плагиат» или «patchwork plagiarism» по аналогии с техникой пэтч-ворк – создании вещей из маленьких лоскутков.
Исследователь Давид Леви в своей книге «Прокрутка вперед» («Scrolling Forward») говорит о том, что интернет не только технически упростил копирование текстов до двух кликов, но и во многом обезличил автора первоисточника. Книгу мы воспринимает как материальный объект и отдаем себе отчет в том, что ее кто-то написал, оформил и издал. В то же время в интернете во многих статьях авторы не указаны, и создается мнимое впечатление, что этот текст ничей, он выглядят как более анонимный источник. Занимаясь плагиатом из интернета, студент не чувствует, что крадет идеи реального человека, так как не чувствует никакой связи между писателем и текстом, мигающем на экране.
Поэтому предварительная проверка на антиплагиат перед защитой – нормальная практика для многих стран.

Эпидемия прозрачности: теперь дипломы!

Основной пункт «ТЗ»: нужно закачать по возможности весь рунет и обеспечить производительность – до 100 страниц за 2-3 сек на не слишком дорогой технике. Задача показалась нам интересной – разработка специализированной поисковой системы (поисковика) . Основы одинаковые, что у таких продвинутых поисковиков, как Googlе и Yandex, что у узкоспециализированной системы, которую предстояло сделать. Как делать, нам было ясно. Подчеркну, это – не интеллектуальная система. Проект одобрил мой учитель академик РАН Ю. И. Журавлев. У нас уже была компания «Forecsys», которая и занялась разработкой. Вопросы финансирования мы утрясли с Артемием Никитовым, Минобрнауки в этом не участвовало. К работе были подключены программисты экстра-класса, выпускники ВМиК МГУ и Физтеха во главе с Юрием Чеховичем. Через полгода «Антиплагиат» уже работал.

— Так «Антиплагиат» был разработан для анализа учебных работ? Для анализа диссертаций программу стали применять потом? А ведь тут начались самые громкие скандалы.
— Еще бы! Моральный климат, точнее аморальный, в среде авторов и исполнителей заимствованных диссертаций ужасный. Фальшивые диссертации, тухляки, «осетрина второй свежести» производится в дурно пахнущем цеху. Тот, кто за деньги пишет или компилирует работу, презирает заказчика за низкую квалификацию. Заказчик презирает нанятого компилятора за то, что «он такой умный, но такой бедный». В такой атмосфере не рождается полноценный научный труд. Кроме того, присутствует постоянный страх, что мошенничество вскроется.

— Если вскрывается, начинается скандал. Авессалом Изнуренков, владелец одного из «Двенадцати стульев», никогда не защищал свое произведение, а тут же «выдавал» взамен новое. «Авторы» же украденных диссертаций защищают «свои» произведения отчаянно, наверное, так же они защищают свои фальшивые налоговые декларации. Особенно жутко становится, когда выясняется, что у крупного научно-административного деятеля все дипломы фальшивые – и техника, и инженера, и кандидата, и доктора, и остальное. Но вернемся к курсовым и дипломным работам.
— Помочь преподавателю выявить заимствования в тухлых курсовых и дипломных работах можно в реальном времени, показав преподавателю заимствованные куски текста и дав интернет-адреса источников заимствования. Косвенным показателем качества окажется процентное содержание оригинального текста. Главная задача системы «Антиплагиат» состоит ровно в том, чтобы выделить в тексте анализируемой работы заимствованные фрагменты, процент можно вычислить и с помощью калькулятора.

— Можно ли оценивать квалификационную работу количеством процентов?
— Я считаю, что оценивать ученого только числами, процентами, индексами цитирования не следует. В этом я солидарен и со своими коллегами по РАН, и с математиками из других стран, и со многими выдающимися учеными из других областей науки.

Вряд ли. В те времена, к счастью, студентам не приходило в голову требовать отставки не только Министра, но и ректора вуза, который начал повышать качество образовательного процесса и внедрять такой инструментарий. Да и преподавателям, в методичках и монографиях которых была обнаружена масса заимствований, тоже такая идея в голову не пришла. Бороться пытались, это правда. Придумывали 101 способ обмануть систему, делились опытом. Но в итоге поняли, что лучше писать самим. А кто не понял, был отчислен или перевелся в другой вуз.

Я слышал, что Американское математическое общество вообще запретило использовать подобные оценки, против их применения выступил даже главный редактор высокорейтингового журнала «Nature». Представьте себе крупного ученого, который творит в очень узкой области науки, которой занимаются только 20-30 его коллег в мире. Конечно, его работы будут мало цитироваться. А может быть и наоборот. Известно, что очень высокий индекс цитирования имела одна, по-моему, биологическая работа, в которой была допущена грубая, легкообнаруживаемая ошибка. Масса специалистов радостно писала статьи с опровержениями, конечно ссылаясь на эту работу.

— Итак, цифирь – это не все. Но ведь не только пойманное за руку «научное жулье» критикует «Антиплагиат». Ректор МГУ В. А. Садовничий назвал систему несовершенной, в этом же духе высказался премьер-министр Д. А. Медведев.
— Прочитайте внимательно, что сказал Виктор Антоновична Съезде Общероссийского народного фронта: «Эта система несовершенна и ничего не доказывает, это просто сигнал к тому, чтобы серьезно этим заняться».

Я с ним полностью согласен.«Антиплагиат» несовершенен, как любое средство измерения. Он обнаруживает совпадение, и попутно подсчитывает количество совпавших символов, которое далеко не обо всем говорит. «Антиплагиат» ужасен своей беспристрастностью. Весы тоже несовершенны: они свидетельствуют, что вес уменьшился на 1 кГ. Хорошо это или плохо? Если ты – девушка, сидящая на диете, то это – хорошо, а в других случаях бывает, что и плохо. «Антиплагиат» — инструмент обнаружения, который должен работать в умелых руках. Так считают и академик Ю. И. Журавлев, и я, и наши ученики — создатели «Антиплагиата», и те преподаватели и эксперты, которые правильно пользуются программой. А сейчас, в период летней сессии, времени защиты дипломных и курсовых работ, отмечается более 100 000 обращений к программе в день.

«Антиплагиат» помогает только квалифицированному пользователю, понимающему суть дела. Как я уже когда-то говорил, нельзя в автомобиле, оснащенном навигатором, закрыть лобовое стекло и ехать тупо по указаниям прибора, наверняка окажешься в Яузе. Нельзя зарубить учебную или научную работу только на том основании, что есть высокий процент совпадения с источниками, особенно в тех областях знаний, где необходима стандартизация результатов исследований. Нельзя пропустить ученый труд, автор которого списал все, а потом с помощью нечестных методов снизил процент совпадений.

Специалист увидит, что в работе, не прошедшей тестирование, есть новое, а другая работа списана, хоть тест показывает, что все ОК.

— Так можно обманывать, подгонять ворованный текст, чтобы программа ошиблась? Значительная часть возражений против применения «Антиплагиата» в учебном процессе: даже преподаватели жалуются, что нельзя всегда требовать от студента оригинального текста.
— Это лукавые жалобы, потому что имеется в виду: «Пусть студенты продолжают списывать, раньше списывали у товарищей, потом с «левых» дисков, теперь из интернета». И бедные студенты, чтобы добиться нужного процента, работают с ворованным текстом: переставляют слова, заменяют буквы, чтобы обдурить программу, или нанимают профессиональных мошенников, разработавших программы «Анти-Антиплагиат». Сил и денег на это уходит много, но авторам даже в голову не приходит что-то придумать самим. Одна девочка, поняв, что скачивать чужие тексты нельзя, распечатала их и заново набила на своем компьютере. Процент не изменился, она была возмущена, ведь она много часов сидела над клавиатурой, творила!

— Как же «Антиплагиат» выискивает заимствования, какие таинственные алгоритмы заложены в программу?
— Таинственных алгоритмов в «Антиплагиате» нет. Это – нормально сделанный узкоспециализированный поисковик.

— Почему же внедрение такого нужного продукта встречает сильное противодействие в университетах и учреждениях? Правда, некоторые возражения как будто взяты из трактата господина Крутицкого «О вреде всяческих реформ вообще» («На всякого мудреца довольно простоты» А.Н.Островского). Не особенно вдаваясь в существо вопроса, оппоненты «Антиплагиата» пишут: «Студенчество обеспокоено»,потому что боятся, что студента-активиста будут заставлять учиться. Взрослые тоже обеспокоены, что чиновники с помощью «Антиплагиата» будут бороться друг с другом. Эти доводы не требуют опровержения, потому что студенты-активисты все равно учиться не станут, а будут бегать от знаний и ловить волну, а арсенал внутривидовой борьбы в чиновничьей среде велик и без этого.
— Да, аргументы в пользу свободы заимствований противники «Антиплагиата» приводят очень смешные.

— Я проверял с помощью «Антиплагиата» свои тексты и получил 100% оригинального текста, а мои книги есть, например, в РГБ (бывшей Ленинке). Должно было получиться наоборот, стопроцентное совпадение. Впрочем, я понимаю, что это – частный случай, ведь система предназначена для работы с научной продукцией. И все же, будет ли «Антиплагиат» развиваться, совершенствоваться, расширяться?
— Социальный заказ, к сожалению, остается. Будет!

 

 Михаил Лифшиц

_________________________________________
_______________________________________________________



« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments