Skip to content

19.12.2016

Внетелесное путешествие А.Белова.

Многие думают,  что внетелесный опыт «клинической смерти»  можно получить только на больничной  койке,  или,  например,  попав в какую-нибудь аварию или катастрофу,   Однако,  подобное  иногда происходит и со спортсменами,  особенно из  «контактных»  видов  спорта,  например,  относящихся к боевым искусствам.  Именно такой случай произошел однажды во время  жесткого спарринга  с  мастером по рукопашному бою,  президентом Русского варяжского общества,  автором  теории натуральной психологии Александром Беловым в далекие 1990-е  годы.   

И вот как он описывает испытанный  тогда  внетелесный опыт в своей книге «Последняя тайна Варяжской Руси»: «В одном из боев  меня,  что называется,  «вынесли».  Это произошло случайно,  просто так получилось.  Глубокий  нокаут с продолжительной потерей сознания.   И до того случая  и после  у  меня случались нокауты,  но не такие.  Я хорошо помню  все,  что со мной  происходило,  но как психолог не могу  найти этому  объяснение. Любая потеря сознания подразумевает приостановку   мыслеобразующей деятельности.   Ну как же  «Любой когнитивный процесс  или акт следует различать  с содержанием сознания…»  Это —  классика,  господа!Но мое «я»  существовало!  «Я»  как самооценка,  как оператор некоторых рефлекторных  связей,  в понимании соответствия  времени и места.  Целостный мир,  правильные образы  объектов,  но при этом сознание находилось…  вне тела.   Я воспринимал  мир лишь в зрительных  образах и звуках.  Анализ  и обработка зрительной  информации  осуществлялись  на высоте примерно 2 метров  четко над лежащим собственным телом.  Формы предметов были немного икажены  (подвержены зрительной  иллюзии)  и оказались бесцветными.  Нарушение цветового зрения я запомнил хорошо.

А вот анализ  и обработка звука  являли поистине волшебство:  во-первых,  я  мог слышать одновременно в  одной  тональности  (нарушение пространственной  перспективы звучания)  голоса  вблизи стоящих  и удаленных  людей.  Четко понимал их  речь. То есть,  несмотря  на мое состояние,  с обработкой  сложных  семантических  сигналов  у  меня  было все в порядке.  Более того,  я мог переносить анализатор слуха  по своей  воле куда угодно!   Я слышал,  что в тот момент говорил  Касьянов  в  другой  комнате,  за  стеной.  Слышал так,  будто находился рядом с ним.  Уже потом,  отвечая друзьям-скептикам  на предположение,  что все это мне почудилось,  я воспроизводил слова Касьянова,  которые знать не мог.   А еще я видел  все действия тех,  кто пытался меня реанимировать.  Но видел их  со  стороны.  Как такое объяснить?

Меня учили тому,  что психическая функция  связана  исключительно с деятельностью  нервной  системы  человека,  и я не могу по-другому  понять и объяснить ее  природу. Возвращение в «жизнь»  было мучительным.  Это не назовешь болью,  но пережить подобные ощущения вновь  я бы  не хотел.  Если  одним словом определить,  что такое «телесное сознание»  в сравнении  с «периферическим»,  скажу так:  «Тяжесть».  Вот,  собственно  говоря,  и все.

Я сам был  свидетелем того,  что рядом работает еще один канал  моего «сознания»,  который не связан с деятельностью  нервной  системы.  Таким образом,  лично для  меня  трансформация сознания  в пространстве  стала абсолютной  реальностью.  Жаль только,  что эти выводы  нельзя  подтвердить научно и экспериментально…  Понимаю.  что для  большинства  такие рассказы  выглядят  чистейшей  выдумкой,  но мне наплевать на этот скептицизм,  потому что я это пережил,  это мой  собственный  эмпирический  материал  на пути познания.  Гносеологический феномен».

Как видим,  что  на психолога,  слишком уверовавшего  в  догмы  классической  науки,  подобный  опыт  оказывает обескураживающее действие.  С одной  стороны,  официальная наука  говорит,  что все это якобы  невозможно,  а с другой  —  имеется личный практический  опыт  подобных  состояний  сознания  «вне тела»,  который  прямо свидетельствует на ошибочность  принятых  в классической  науке догм.  Как  быть в этом случае?  Конечно же,  если практика опровергает теорию,  то теорию нужно менять,  а не защищать ее  до последней хрипоты  (как это делают «борьбы с лженаукой»),  игнорируя  большое количество свидетельств  проявления  этого феномена.  Только посредством практических  исследований и экспериментов,  а не с помощью огульного голословного отрицания  настоящая наука может приоткрывать тайну загадочных  феноменов,  само существование которых  противоречит ее устаревшим догмам  и безнадежно отставшей  от своего времени парадигме.

michael101063 ©



« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments