Skip to content

08.12.2015

ЛЮДИ, СУДЬБЫ, ИЗОБРЕТЕНИЯ И ОТКРЫТИЯ

В январе 1950-го президент США Трумен призвал американских ученых быстрее закончить разработку водородной бомбы. В советских газетах это назвали «атомным шантажом». Олег Лаврентьев, тогда 23-летний сержант, служивший радистом на Сахалине, написал Сталину: «Я знаю секрет водородной бомбы».

– Несколько лет это обдумывал. А когда выступил Трумен, испугался, что Америка обгонит Союз, – объяснял он потом.

Вскоре из Южно-Сахалинского обкома приехал полковник:

– Его прислали проверить мою психику. Потом меня на две недели посадили в охраняемую комнату, писать предложения по водородной бомбе. Работу отправили в Москву, черновик сожгли. Через месяц я успешно сдал экзамены в МГУ, надеялся, что со мной свяжутся Так и получилось… – вспоминал Олег Александрович.

В январе 1951-го в общежитие на Стромынку позвонили из Кремля. Олега разыскивал Василий Махнев, министр электроприборостроения, как тогда называлось «атомное» министерство.

– Было около 9 вечера, он сказал, приезжать срочно, к Спасским воротам. Там меня ждал какой-то человек, позже оказалось – Андрей Сахаров.

Махнев повел молодых людей в кабинет председателя спецкомитета Лаврентия Берии.

– Огромный кабинет, длинный стол… Берия подошел, пожал руки, предложил садиться. Я ждал, когда меня спросят о бомбе. Но Берия меня огорошил: «У вас зубы болят?» – «Нет». – «А почему щека распухла?»… Потом были вопросы о родителях, о жизни. О науке ни слова.

Махнев вышел сияющий: – Берии мы понравились. заверял, что скоро все изменится.Звал поужинать в Кремле, но я отказался, не зная, что буфет там бесплатный. От предложения подвезти домой мы с Сахаровым тоже отказались, пошли пешком,говорили о сотрудничестве…

Через несколько дней по поручению Берии студенту назначили встречу в Главном управлении ведущие атомщики Союза – Игорь Курчатов, Николай Павлов, Борис Ванников.

– Курчатов предложил закончить МГУ досрочно и включаться в работу над бомбой. Конечно, я согласился, – вспоминал Олег Александрович.

Вскоре после «смотрин» у Берии Лаврентьев переехал в отдельную комнату с мебелью, на набережной Горького. Туда ему из библиотеки привозили книги. Назначили повышенную стипендию и индивидуальных преподавателей по физике, математике, английскому. Но главное – дали пропуск в секретную лабораторию, где работали ядерщики:

– Однокурссники ничего не знали. Однажды на лекции преподаватель сказал, что водородная бомба – это когда в землю заливают жидкий водород. В ответ на мою усмешку соседка по парте спросила: «А ты знаешь, как сделать бомбу?». Пришлось промолчать.

Группа советских ученых под руководством Игоря Тамма, работавшая над стратегическим оружием с 1948 года, делала упор на конструкции бомбы-слойки, предложенной Сахаровым. Ее испытали в августе 1953-го в Семипалатинске. Но бомбу величиной с дом бросить с самолета было невозможно.

– Схему «слойки» Сахаров нашел в американском журнале. Статью по заданию спецслужб написал Эдвард Теллер (создатель американских атомной и водородной бомб. – Авт.). Американцы считали «слойку» бесперспективной, хотели, чтобы русские уцепились за нее. Тем временем Америка ушла бы далеко вперед. Так и получилось. Они сделали транспортабельную мощную бомбу и взорвали ее в 1954-м.

Конструкция бомбы, описанная Лаврентьевым в 1950-м, принципиально отличалась от «слойки». Он предложил использовать литий-6 – вещество, которое применили в своей бомбе американцы, а потом и СССР.

– Это было проще, компактнее и дешевле. Если бы ко мне прислушались, СССР, возможно, опередил бы американцев! Но я был студент, а светилы боялись уронить авторитет, возможно, не хотели конкуренции, – считал Олег Александрович.

После расстрела Берии в декабре 1953-го Лаврентьева лишили повышенной стипендии и пропуска в лабораторию.

– Декан объяснил: «Ваш покровитель умер»… Распределение в Институт атомной энергии после МГУ я тоже не получил. Места, которое держал для меня Курчатов, там уже не было.

Референт Хрущева предложил Лаврентьеву место в Харьковском физико-техническом институте (сегодня – УФТИ), где открывался отдел плазменных исследований.

В 2001-м, когда рассекретили архивы президента России, Олег Александрович узнал, что там было и его дело – под грифом «совершенно секретно». В том числе и сахалинская работа, с пометками рецензента Сахарова.

– Он не писал, что мои предложения ошибочны, но и не признавал их правильность. Когда я спрашивал – уходил от ответа.

Физик показывал свою переписку с Сахаровым: в 1973-м харьковчанин пытался доказать свое право на открытие, и просил у Сахарова справку – о существовании сахалинской работы.

– Заверить эту справку он не мог целый год! Потом говорил – из-за рассеянности… – говорил Олег Александрович.

Он ушел на 85-м году. О том, что его жизнь могла сложиться по-другому, старался не думать.



« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments