Skip to content

04.12.2015

Принципы и приемы проведения праздника

Клейн:
Я хотел обратить твоё внимание на некоторые конкретные приёмы. Начать нужно с того, что существует 4 уровня управления процессом. Первый уровень — по сценарию: заранее пишется сценарий, распределяются роли, проводится. Этот уровень всем понятен, все его знают. В том числе все его знают и всем он понятен потому, что это самый примитивный уровень организации процессов.

Второй уровень — это «сценарий-лидер». Когда есть сценарные блоки, которые компонуются ведущим по ситуации. Но внутри сценарного блока всё достаточно жёстко. Это даёт возможность более гибко управлять процессом, выбрасывая какие-то блоки или переставляя их в нужной последовательности. Отдалённый, но типичный пример: у тебя есть какое-то количество рассказов, ты читаешь их на сцене в той или иной последовательности, выбирая. Тем не менее, у тебя это количество есть.

Третий уровень — тот, который был вчера. Есть цель достижения искры энергии из человеческого коллектива с целью веселья. Может быть и с целью разрушения.

И четвёртый уровень — когда нет цели, а есть только некие тенденции, и ты среди них, как-то извиваясь, куда-то идёшь. Это мы сегодня не рассматриваем.

Итак, мы говорим о третьем уровне: есть цель, и нет никаких заготовок. То есть это фактически импровизация. Импровизация основывается на двух вещах — на приёмах, которые ты усвоил, и гибкости твоей реакции на изменение среды. Если первый уровень не предусматривает обратной связи — что бы ни было, сценарий гонится, гонится, гонится, — второй предусматривает обратную связь в дискретных проявлениях, то третий уровень обратную связь предусматривает постоянно. На четвёртом уровне прямая и обратная связи вообще сливаются. Непрерывный процесс — невозможно отделить, где прямая, а где обратная связь.

Если мы говорим о коллективе, из которого нужно высекать искру, то понятно, что чем это более разнородный коллектив…

Учащийся:
Тем сложнее будет?

Клейн:
Нет, тем легче. Если много чего намешано в суп, в борщ, куда угодно… Мы говорим о третьем уровне. Если ты находишься на первом уровне и «кто в лес, кто по дрова» у тебя поёт — ты ничего не можешь. Но, если мы говорим о третьем уровне, то чем больше красок, тем более интересную картину можно написать. На первом уровне получается «лебедь, рак и щука» — разнородные. Они тебе ломают сценарий. А на третьем уровне чем больше красок, тем ярче картина. Чем более многосторонни люди, тем интереснее. Чем больше разных людей, тем больше разных источников энергии. Когда мы говорим о высекании искры — это создание энергетического потока. И чем больше разных единиц, тем он интереснее. Чем больше активных единиц, тем он тоже интереснее. Поэтому, приглашение Ольги Лакшиной, ну и соответственно Лены (как то, что они просто чужие, так и сами по себе являются натурами незаурядными) — уже работает на то, чтобы создавались лучшие предварительные условия для процесса.

Но это ещё не приём — это основы понимания «разнородный коллектив», «больше красок» и так далее. А приёмы следующие. То, что перечисляла Наталья — «безалкогольный перенос времени» — я это даже не фиксировал.

Учащийся:
Ну, это на самом деле, не приём.

Клейн:
А это не были приёмы. Но они вместе с рядом приёмов объединены в одно — чем больше неожиданности, тем лучше. Неожиданность равноценна взбалтыванию. Или в какой-то момент беспорядочно бросаешь на холст краски. То есть неожиданность, взбалтывание. Любые неожиданности сами по себе высекают потоки интересов, потоки энергии. Чем больше неожиданностей, тем лучше. Когда всё ожиданно — скучно.

Соответственно, если ты посмотришь, то увидишь, что там было много неожиданностей. Начиная с того, как ты стояла, и никто не знал (я имею в виду, что ты стояла спиной — никто подарков не видел). То есть любая неожиданность работает на то, что нам нужно. Эти неожиданности подчинены какой-то логике. Те неожиданности, которые ты делала (с конфетой), были подчинены твоей логике. Те неожиданности, которые я делал — они тоже подчинены логике. Но, когда я говорю «ты» или «я», то в данном случае мы выступали активным элементом по отношению к коллективу. Но для коллектива это неожиданности, а для нас — это способ управления коллективом. В данном случае, управление — высекание энергии.

Там были и конкретные приёмы. Например, если ты заметила, когда кто-то говорил я прерывал очень часто. Вставлял свои слова, вставлял свои замечания и так далее. Прерывание потоков — это тоже способ высекания дополнительных порций энергии. Естественно, ты их должен прерывать так, чтобы они не заглохли. Не затыкать их. Идёт струйка фонтана, ты по ней делаешь «бац!» и возникает какой-то эффект. Все обрызганы этим фонтаном. Прерывание, точно так же, как и поддержка (прерывание темы — мы об этом говорили — прерывание любого процесса) служит дополнительным взбалтыванием. Поэтому прерывание было не случайным. Другое дело, что прерывание должно находиться в тех пределах, чтобы не мешать, а только помогать.

Учащийся:
Это очень тонко надо чувствовать.

Клейн:
Это третий уровень. Здесь, если ты тонко не чувствуешь — не можешь на нём работать. Ты можешь работать только на первом. На втором уже трудно работать. Когда сценария нет тоже нужно чувствовать зал, чтобы переставлять правильно. А здесь не чувствуешь — нечего тебе здесь делать. Или не туда занесёт.

Очень важны элементы обстановки. Стол был мною вытащен в центр комнаты. Бутылки, чашки, тарелки, были расставлены. То есть среда по мере возможности тоже должна быть достаточно гармоничной, интересной, красивой. Это не приём, а некая подложка. Приём я назвал один — это прерывание. Взбалтывание. Неожиданность — приём. Прерывание — это тоже приём. А ещё какой ты хотела сказать?

Учащийся:
Когда кто-то отказался выступать, ты вытащил не только его.

Клейн:
Да, есть такой приём. Когда ты человека подвигаешь к чему-то, а он не подвигается — ему легче подвигаться в группе. Минимальная группа состоит из двух человек. Как только ты его завязываешь с другим человеком — подвижка идёт легче. Это тоже приём. Можно его как-то назвать, но суть его ясна. Приём — когда я тебя вытащил и поставил перед этими двумя. Ты стояла от них на расстоянии 3 метров и вдруг оказалась на расстоянии 30 см. Это тоже приём — замыкание пространства. Это называется «поставить перед фактом». И как ты видела он сопровождался неожиданностью как для них, так и для тебя до последней секунды. Что ты перед ними и в такой вот роли.

Учащийся:
Для меня тут особой неожиданности не было. Я достаточно комфортно себя чувствовала.

Клейн:
Ты, в данном случае, рассматриваешь эмоциональный аспект неожиданности, а я рассматриваю технический. То есть то, что ты не знала до последней момента. Я говорю только о том, что ты тоже не знала до последнего момента.

Далее приём, который называется структурирование. Это, фактически, раздача ролевых функций: ты будешь деревом, ты будешь стеной, ты будешь вешалкой, ты будешь часами с кукушкой. В нашем случае это было для жюри. Это можно более или менее мягко проводить, но это должно быть.

Далее — вот тамада, вот именинник. Благодаря тому, что появился тамада, появилось жюри — произошла структуризация. После того, как появились участники конкурса и не-участники конкурса идёт дополнительная структуризация. Это тоже приём, который помогает управлению. Смысл воздействия этого понятен, да? Человек при деле и уже в рамках этого начинает чего-то развивать.

Учащийся:
И ещё один приём, наверное — законченность. Прошёл конкурс, жюри объявило результаты. Потому что если бы ты ушёл, не закончив всё, я думаю, что…

Клейн:
Это не приём. Приёмы — это такие мелкие локальные штучки. Технические. Как отвёртка, ключ и так далее. А то, что ты говоришь — это принципы. И то, с чего я начинал, когда говорил, что это не приёмы — это были тоже принципы. Один из принципов это то, что нужно как можно быстрее разгонять процесс. То есть экспонента должна быть очень крутая, а потом резко заканчивать. Можно медленнее разгонять. В зависимости от ситуации, от того, чего ты хочешь. Можно долго заканчивать. Но если ты делаешь стройное, динамичное событие, то ты в начале вкачиваешь, разгоняешь, структурируешь и, потом в конце, резко завершаешь.

Ещё такой приём. Удлинение. А именно: когда я, как тамада, высказал условие подведения итогов, что должен высказаться каждый член жюри — это было удлинение. Всё, что можно удлинить (сейчас я говорил о том, что все события имеет начало и резкий конец) внутри события — нужно удлинять. Что такое «всё, что можно»? Любой выплеск энергии. Если это нечто не даёт энергии — это нужно заканчивать и обрубать. Если даёт энергию — нужно это поддерживать. Если ты ему говоришь: «Тебе выступать минута», а он вторую, третью минуту хорошо выступает — пусть выступает. Если у тебя мозги ориентированы на сценарий или «сценарий-лидер» — тебя это будет ломать. А если нет — ты говоришь: «Вот, тебе выступать минута». Может ты специально говоришь для того, чтобы он, зная, что есть всего лишь минута, пытался говорить много и быстро. Понятно, да? Удлинять.

Поэтому, каждый член жюри что-то говорил. А иначе было бы как? Победил тот — всё. А всякие собственные шутки, «рабочий и колхозница» и так далее — это можно не называть приёмами. Это тоже принцип. Везде, где ты можешь сымпровизировать и сделать что-то весёлое — сделай. Например, оценить строчку из стиха. Приёмов я назвал несколько: структурирование, удлинение, взбалтывание, что-то ещё… Всё это вместе даёт такой естественный эффект, который рассматривается как совершенно спонтанное возникновение чего-то. Все пляшут, кривляются, веселятся. Что такое конкурс?! Но это же держится не только на конкурсе! Конкурс — это тоже приём, который позволяет — если мы структурируем коллектив — структурировать время. Вот это — временное пространство. Некая цепочка действий, у которой есть начало и конец — это тоже структурирование. Но не по людям, а по этапам.

Здесь нужно сказать, что качественно удержаться на таком структурировании может только тот, кто, выступая в роли лидера, лишён амбиций. По крайней мере, две грани лишения этих амбиций очень важны. Первая — не бояться «кривляться». А вторая — «кривляться» ровно столько — я в кавычках «кривляться» в данном случае говорю, — сколько нужно, чтобы кого-то разогнать, а не заниматься самолюбованием. Вот ты начал говорить. Ты говоришь 5 минут, 10, 15 — и вроде всё хорошо, а все уже потухли.

Учащийся:
Это чувствуется, в какой момент. Когда ты отошел, появился Слава…

Клейн:
Я всё время отходил. Я всё время прыгал и отходил, прыгал и отходил, прыгал и отходил.

Учащийся:
После того, как появился Слава — это особенно было заметно. Потому что до его появления тебе постоянно приходилось раскручивать. А после этого всё как-то покатилось и достаточно органично. То есть народ уже подключился и сам начал участвовать в этом процессе.

Клейн:
Да, и ты видела — я сразу же ушёл в тень. Но это опять относится не к приёмам, а к принципам. Тут нужно ясно сознавать, что это работа. Если это высококвалифицированная работа, то нужен будет только результат, а ни что другое. То есть для того, чтобы быть на третьем уровне мало иметь определённый уровень понимания процессов. Нужно еще иметь определённый уровень личной просветлённости и чистоты, чтобы не увлекаться самолюбованием, например. Не якать.

Ещё, в качестве принципа, нужно сказать следующее. На примере противопоставления. Если в сценарии ты наметил что-то — ты это делаешь. А здесь ты отскакиваешь как пуля. Я имею в виду как пуля в скорости. Куда-то пробиваешься, кого-то вытаскиваешь. Не получается — тут же переключаешься на другое. Переключаешься с форм. С одной на другую форму вытаскивания. С объекта на объект. С вытаскивания на не-вытаскивание. С чего-то на музыкальную паузу. Ты должен быть очень гибким. Ты должен быть как вода. Как струя.

Учащийся:
Скажи, пожалуйста. Когда ты кого-то вытаскивал одни люди ломались и отходили в сторону. Ты на них внимания не обращал. Ты их пропускал. А кого-то ты цеплял достаточно крепко. В зависимости от чего это происходило?

Клейн:
Так как процесс идёт очень быстро, то он не весь контролируется и не обязан весь контролироваться интеллектом. Это интуитивная, или непосредственная, или глобальная реакция твоя на человека и на ситуацию, в которой мозги — интеллект — играют лишь подчинённую роль. Ты должен чувствовать. Вот ответ. Я не знаю, почему от одного я отходил, за другого цеплялся. Потому что нужно в течение полсекунды обрабатывать большое количество информации. Интеллект наш на это не способен. Только чувствовать. Это такая континуальная, не дискретная штука.

Это не значит, что веселье невозможно без такого рода работы. Веселье возникало и будет возникать. Но знание таких приёмов и умение так работать даёт гарантированное веселье. Что в данном случае «веселье»? Это гарантированный результат. Все приёмы, которые мы изучаем, они стремятся к тому, чтобы давать гарантированный результат. Это очень важно. Не просто там чего-то, а гарантированное что-то. И это значит, что идёт не только точная цепочка, а и то, что она со всех сторон поддерживается.

А что такое «гарантированный результат»? В чём смысл «гарантированного результата»? Понятно, что если сто человек бегут — кто-то прибежит первым. Я, в данном случае, отвлекаюсь от вечеринки, от party. Я, в данном случае, говорю только о гарантированности результата. Понятно, что из ста претендентов кто-то будет первым. Но гарантированность означает, что этим первым должен быть ты. Всегда будет первый, или всегда будет лидерская группа, или ещё что-то. Но гарантированность означает, что ты, и именно ты, будешь там. И в этом смысле — точно так же как веселье. Веселье будет то там, то там, то там, то там. Но твоя работа — дать гарантированный результат. Там, где ты — будет веселье. Тогда, когда ты хочешь, естественно.

Самое интересное, что люди веселятся, не замечая, что кто-то управляет ситуацией или кто-то управляет ими. Самое большее, что они видят, что есть лидер, от которого исходит какое-то количество слов, шуток и так далее. И это очень хорошо. И это тоже — если мы говорим об уровнях управления, как то «сценарий», «сценарий-лидер» — тонкость уровней управления процессами, любыми событиями. Это то, в чём нужно отдавать себе отчёт. Соответственно, то, о чём мы говорим применимо не только на вечеринке, а так вообще устроены процессы.

Вторая часть. Существуют приёмы и существуют, как мы увидели, принципы. Мы сейчас говорим о приёмах. Можно назвать приёмом то, что без алкоголя. То, что перенос времени. Но это условно. Хотя, это делалось не специально, а совершенно естественно. Но в этом заключается некий приём. Дело в том, что чем больше таких сбивающих вещей, «сшибок», неожиданностей, тем лучше. То есть человек выводится из какого-то инертного, повседневного или того состояния, в котором он находится в подвешенное. Вот, кстати, Татьяна, один из принципов. Для того, чтобы человека перевести в другое состояние…

Учащийся:
Его нужно выбить из его нормального состояния, чтобы он попал в состояние неопределённости.

Клейн:
Неопределённость. Совершенно верно. Или, другими словами, чтобы перевести из состояния одного устойчивого равновесия в состояние другого устойчивого равновесия его нужно вывести из равновесия.

Учащийся:
Не бывает двух устойчивых равновесий.

Клейн:
Бывает одна ступенька и другая ступенька, когда ты идёшь по лестнице. Переход из одной лунки воды в другую лунку, расположенную ниже — это тоже устойчивое равновесие. Мы можем говорить об устойчивом равновесии, как о статическом, когда шарик из одной лунки попадает в нижележащую лунку. Так же мы можем говорить о равновесии динамическом, когда один процесс, живой, переходит через какое-то состояние и превращается в другой процесс. Я просто хочу зафиксировать, что существует два вида равновесия: статическое и динамическое. И даже когда шарик переходит из лунки в лунку, он должен перевалить через какой-то барьерчик. И на этом барьерчике он находится в неустойчивом состоянии. Упал и зафиксировал. Все приёмы единоборств основаны на чём? Нужно вывести человека из устойчивого равновесия и перевести в другое устойчивое равновесие, лёжа на ковре, например. Вот это все расшатывающие штуки способствуют организации процесса. Расшатывание — это принцип создания процесса. Какие, Наталья, ты приёмы заметила ещё?

Учащийся:
Ну, они очевидны. Начиная от забавных подарков, причём не одного, а нескольких. Тоже очень хороший приём то, что их несколько…

Клейн:
Так, забавные подарки. Но это входит в приём расшатывания, то есть приём один.

Учащийся:
То, что мы понимаем как выплеск энергии и переход в состояние…

Клейн:
Цель процесса? Цель процесса «выплеск энергии»?

Учащийся:
Переход…

Клейн:
Да, а процесс — это формирование этого выплеска.

Учащийся:
Этот выплеск происходит определёнными волнами: больше, меньше, больше.

Клейн:
Генерация.

Учащийся:
Энергия присутствует у каждого в большей или меньшей степени. Есть некий кульминационный момент: он может быть размазан, может быть ярким. Я даже не знаю, как об этом говорить. По-моему, очевидно всё. Абсолютно очевидно.

Клейн:
То, что ты говоришь, я даже приёмом не считаю. Назови мне ещё какие-нибудь очевидности.

Учащийся:
Любой процесс развивается и он динамичен. Статичных процессов достаточно мало. Поэтому, если говорить о неком эффекте, который достигается, который может переделываться, спадать — на уровне этого эффекта продолжаются дальше события. Должен наступить каким-то образом некий максимум. И главное, чтобы этот максимум был воспринят народом. Для этого делается, как ты говоришь, генерация, подготовка и так далее. Но, тем не менее, в процессе подготовки идёт уже выплеск энергии. И если воспринимать закон сохранения энергии…

Клейн:
Очень умно. Как в фильме «Непонятно, но интересно». Ты сейчас говоришь о том, что должна быть точка кульминации?

Учащийся:
Я говорю о том, что сам процесс, как правило, динамичен и имеет некую цель. Цель может быть сформулирована очевидно и при этом она достигается скажем так…

Клейн:
Позволь мне тогда немножко более конкретизировать мой вопрос. Какие приёмы применялись для того, чтобы люди выплёскивали эту энергию?

Учащийся:
Я и говорю о том, чтобы прошло первых 2-3 приёма. Энергия была выплеснута. Дальше народ готов уже воспринимать. По разным причинам. Начиная от энергетических, заканчивая эмоционально-психологическими. Дальше некий конкурс, который предлагается и опять же выводит людей из состояния равновесия, потому что они не были готовы к нему. И в процессе уже этого мероприятия, почему, дескать, он очевидных приёмов…

Клейн:
Каких очевидных приёмов?

Учащийся:
Очевидный приём такой. Понимая, что никто на себя пальму первенства не берёт и не ведёт этот процесс… То есть, существуют разные методы руководства процессом — со своим собственным флагом и руководить неким процессом, не проявляя себя.

Взяв на себя обязательство руководить этим процессом ты подталкивал разными телодвижениями людей к тому, чтобы они начинали принимать участие в этом конкурсе. Методом является то, что от этого конкурс становится неожиданным и непонятным. Он заставляет — опять же, потому что ты руководитель предприятия, и это опять же приём… Другой человек — ему нужно было бы проделать гораздо больше манипуляций для того, чтобы захватить пальму лидерства. Ты — руководитель, и народ находится на работе. Люди воспринимают это по инерции, как некие обязательства. И дальше, вольно или невольно — неважно, собираются они что-то говорить или не собираются — они начинают думать в эту сторону.

Поскольку это механизм, они начинают думать только в эту сторону и не думать во все остальные. Таким образом, достигается некий результат — они в процессе. И если процесс, на самом деле, весёлый, задорный и так далее и так далее, то достигается…

Клейн:
Позволю себе упростить эту штуку. То, о чём ты говоришь — ты говоришь о методе, о методике, о принципах, ещё о чём-то, но ты не говоришь о приёмах. Мы, например, говорим: существует список из четырёх или пяти приёмов. Не могла бы ты перечислить приемы?

Учащийся:
Я их уже перечислила.

Клейн:
Давай ещё раз перечисли. (смех) Так. Приём номер один — что за приём?

Учащийся:
Ну, вот два приёма, да?

Клейн:
Это не приём. То, что безалкогольное — это принцип. Приём — это я делаю нечто…

Учащийся:
Это приём…

Клейн:
Нет. Мы можем бесконечно спорить, но я тебе говорю, что это не приём. Мало того, это нами и не рассматривается. Это никакой не приём. Мы говорим о приёмах, которые были в промежутке от 13.15 до 14.15. Вот это — это было до этого. Пусть это приёмы, но они нас не касаются. Приёмы работы с коллективом.

Учащийся:
Дело в том, что я сейчас говорю как человек, который не готовил это мероприятие. Я — не ты. Я говорю как человек, для которого…

Клейн:
Я знаешь почему к тебе пристаю? Потому что ты делаешь смелое заявление, что приёмы очевидны. Я-то знаю, что они не очевидны. Понимаешь? И я знаю, что это за приёмы. Ты, с одной стороны, смело утверждаешь, что приёмы очевидны. С другой стороны, не называешь ни одного приёма. Я хочу тебя добить. (смех) Или ты их видишь или нет. (смех)

Учащийся:
Не надо меня добивать. (смех)

Клейн:
Хорошо, не буду. Проведение конкурса — это, действительно, приём. И для этого есть (можно обосновать) некие принципы. Потому что, допустим, какая-то группа приёмов нужна для воплощения какого-то принципа. Проведение конкурса. Ещё какой приём? Для того, чтобы вот это вот всё высекать было несколько приёмов. Первый приём: загружение всех деятельностью, например, в виде конкурса. Согласен: первый приём — конкурс. Уже видишь? Ты уже на 20 процентов, можно сказать, отбилась. (смех)

Существуют некоторые принципы снижения порога принятия решения и соответствующие формы, которые, впрочем, в достаточно свёрнутом виде были и здесь использованы. Но чем больший разрыв между состояниями, тем более развёрнутые приёмы. Тем их больше.

1999 год Москва



« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments