Skip to content

23.07.2016

1

САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ВОПРОС

—Тихо! Если издашь…хоть звук, все пропало.
Мальчик в ответ послушно прикусил язык. Он пробирался наощупь по стенке, вслед за отцом, который уверенно прокладывал дорогу во тьме. Горячий, застоявшийся воздух и темнота черного хода дезориентировали, но ребенок привык доверяться отцу. Вдруг мужчина остановился, прислушиваясь, и сын тоже замер, стараясь не дышать. На космодроме было тихо, лишь мерный, гулкий шум раздавался с другой стороны двери. 
—Погоди, я достану ключ, —отец нащупал плоскую карточку из пластика и приложил ее к замку. Система, щелкнув, сработала, и дверь поддалась. Оба прошли внутрь. Красноватое, ночное освещение сужало и визуально уменьшало пространство, но даже в таком виде оно производило неизгладимое впечатление. Мальчик открыл рот от удивления, но поражаться было некогда. Отец, все так же воровато оглядываясь, поспешил в застеклянную комнату в дальней половине огромного зала. Там, из шкафа с шифром он извлек железную коробку и с волнением прошептал:
—Знаешь, что это такое? Это будущее, сынок. Не твое и не мое, и даже не человечества. Это будущее космоса. Ты же можешь представить себе космос? —завороженный, мальчик кивнул в ответ. —А весь космос, от начала до конца? Ты прав, это сложно сделать. 
Мужчина поставил коробку на стол и усадил ребенка рядом. 
—Я хочу, чтобы ты кое-что вспомнил. Примерно год назад мы с тобой слушали космические звуки, ты помнишь? Кажется, ты был в восторге, —он улыбнулся, —Теперь я хочу, чтобы мы сделали наоборот.
—Как это — наоборот? —прошептал сын.
—Видишь этот диск? На нем содержится информация о нашей планете, здесь записаны образцы музыки, разных языков, собранных по всей планете, и даже голос нашего президента. Я хочу, чтобы твой голос тоже оказался здесь. Мы с тобой ответим космосу. Ты задашь ему вопрос. Любой, какой только захочешь. Вероятно, его никто не услышит, никто не узнает, что ты его задал, и, конечно, ты никогда не получишь на него ответ. Но все равно я хочу, чтобы ты это сделал. — лицо мужчины было сосредоточенным, а голос дрожал. —Завтра мы отправим этот зонд в путешествие по открытому космосу. В очень длительное путешествие.
—А когда он вернется?
—Он не вернется. Мы посылаем его, чтобы изучить дальние уголки Вселенной, планеты и спутники, которые он встретит на пути. Данные, которые он соберет, будем получать и использовать не только мы, но и многие поколения, которые будут жить на Земле после нас. 
—Значит он никогда не вернется?
Вместо ответа мужчина повозился с проводами: 
—Вот микрофон. Пока я подключу его, ты должен подумать, что ты хочешь сказать космосу. А когда я включу его, у тебя будет только одна попытка произнести свой вопрос, —он потрепал сына по загривку: —Я знаю, ты справишься.
*   *   *
Вояджер-2 не знал, где находится. Связь с Землей была потеряна очень давно, около четырех миллиардов лет назад. Поначалу, когда он еще находился в межзвездном пространстве, она была регулярной, затем, в пределах гелиопаузы, стала давать сбои и вскоре изчезла окончательно. Все записыващие устройства были давно забиты под завязку. Последняя уместившаяся информация относилась к звезде Росс-248, но передать ни эти, ни новые данные было некому. Зонд продолжал свое движение в межгалактической темноте, лишь изредка, в силу привычки, обращая свои приборы в сторону того или иного спутника или планеты. Ориентация Вояджера-2 давно была нарушена, поэтому он не узнал Млечный путь, когда вышел на него. 
За пять миллиардов лет, которые потребовались ему, чтобы обогнуть Вселенную по малому, внутреннему кругу, Земля уже оказалась поглощена агрессивной, голодной галактикой Андромедой и теперь они сошлись в гигантском водовороте, который не утихнет следующие сто сорок миллионов лет, формируя новый мир, новую галактику, новые небеса. Давным давно канули в лету Пионер-10, Пионер-11 и Вояджер-1. А Вояджер-2, изменив угол, вновь уплывет вдаль, уходя на второй, больший круг, который ему уже не осилить. И, рассыпаясь на ходу от изнеможения, будет до последнего удерживать в себе голос — символ всех бороздящих горизонты, преодолевающих и неугомонных. Тонкий голос, напоенный хрустальной космической пылью, тихо вопрошающий у темноты:
—Для чего мы живем?

« »

Share your thoughts, post a comment.

(required)
(required)

Note: HTML is allowed. Your email address will never be published.

Subscribe to comments